На главную

Куда идём?

Грызуны

Белки
Повадки сурков
Мышиная песня
Зрение крыс
Норы и убежища
Грызуны-метеорологи

Рукокрылые

Эхо, открывающее мир
Ночные охотники
Меню из десертных блюд
Прообраз упыря
Хищники
Квартирный вопрос
Брачный союз
Мать и дитя

Белки

«Я наткнулся на куст, покрытый очаровательными маленькими созданиями. Своей резвостью они напоминали крошечных белок серо-коричневой окраски. Я сунул руку в куст. Маленькие забавные существа метались по моей ладони, усаживались на ней, подобно зайцам, на задние лапки, проворно перепрыгивали с пальца на палец. Мне бросились в глаза их длинные хвосты с вертикально растущими волосами по обеим сторонам. Я попытался схватить за хвост одного, но он тут же переломился, настолько хрупкой была цепь мельчайших позвонков, обтянутых тонкой кожей» (Ганс Шомбургк)

По-видимому, старый зверолов имел дело с карликовыми африканскими белками. Они и в самом деле так малы, что похожи скорее на пышнохвостых мышат, чем на белок. Длинна этих крохотных созданий всего шесть – семь с половиной сантиметров. Хвост лишь на пять сантиметров увеличивает мини-зверька. А вес меньше десяти граммов! Единственный их вид обитает в тропических лесах Камеруна и Габона.

И другие страны (Центральная и Южная Америка, Юго-Восточная Азия, включая Японию и Тайвань) имеют своих карликовых белок иных родов и разных видов. Пожалуй, самые крохотные из них бразильская и гвианская белки (девять-десять сантиметров без хвоста). Чуть крупнее белки рода микросцирус (12-16 сантиметров). Три, а по мнению других специалистов, так даже и 17 видов этого рода живут в густых лесах от Никарагуа до реки Риу-Негру.

Белок нет лишь в лесах Австралии, на Мадагаскаре, в Гренландии да на самом юге Южной Америки. Все они разные — большие и малые, в скромных нарядах и очень яркие.

Королевская гигантская белка из рода ратуфа. Сверху черная, снизу рыже-золотистая, очень красивая! Ростом больше куницы и весит два-три килограмма. Длина с хвостом около метра. Голос у нее пронзительный и громкий, а гнезда — метровые шары. Днем отдыхает иногда в странной позе: так, что передние лапы опираются на один сук, а задние — на другой, и тело висит между двумя суками. Четыре вида и множество подвидов гигантских белок живут в лесах Индии, Шри-Ланки, Индокитая и Индонезии. Так что не удивляйтесь, если случится увидеть их в шубке с ярко-красной, серой или иной спинкой. Но, увы, этот мех не ценится на пушных рынках.

Ловка гигантская белка: с дерева на дерево скачет семиметровыми прыжками. И любопытна! блеск металлического предмета заставляет забыв об осторожности, спускаться с дерева. Строит из веток много гнезд, выложенных внутри ясными листьями, и спит, обычно днем, по очереди в каждом из них. Крик ее — громкое «кудахтанье». Надо полагать, звание «королевской» она получила за свой рост.

В Индии и на Шри-Ланке на пальмах вблизи деревень часто увидишь серо-бурых со светлыми полосами на спинах пальмовых белок. Это суще-ства нагловатые и вороватые: в поисках пищи без зазрения совести влезают в открытые окна домов. От Ганы до Кении и Анголы живет зверек, который и в самом деле мог выполнить трудную задачу, возложенную на белку в сказке Александра Сергеевича Пушкина. Помните, белка там грызет орешки:

А орешки не простые, Все скорлупки золотые, Ядра — чистый изумруд...

Масличная, или гигантская, белка Африки справляется с орехом нгали, скорлупа у которого очень крепкая, пожалуй, тверже золота высшей пробы. И сама приметна: чуть меньше азиатских гигантских белок. Пушистый хвост украшен белыми (иногда вместо них рыжими) и черными кольцами. Художники-иллюстраторы сказок Пушкина, как видите, не ту белочку рисовали! г. белки, белки... Их рай — Индия, Индонезия. Лишь в этих странах можно насчитать 50—60 видов белок! Аесли поибавить сюда белок из Америки, Китая, Африки?

У нашей белки наряд скромный. Есть у нее еще полузабытое имя «векша». А наши предки называли зверька просто «бела».

Зверюшка малая, а поди-ка, столетиями кормила, поила, согревала. Что и говорить о северо-восточных областях старой России, где белка была первейшим объектом пушного промысла и торговли! Европа, благоустроенная и просвещенная, издавна одевалась и украшалась русским беличьим мехом да так к этому привыкла, что и название «обыкновенная» в обиход пустила. Савва Михайлович Успенский утверждает, что «белка практически не встречается за пределами СССР». Ее главное место в сибирских (и монгольских) лесах. Русская белка была и остается одним из основных промысловых видов.

Первая причина этого - способность белки восстанавливать свою численность. Еще Черкасов, описывая зимнюю тайгу, так называемое «белковье», поражался тому, что выбитые, кажется, начисто белки (в феврале уж нигде и следочка на снегу не увидишь) к началу новой зимы появились повсюду, и казалось, что не убыло их, а прибыло.

Гон у наших белок с конца января до марта. А через 40 дней появляются бельчата, до десяти.Всокоре опять гон, и опять от трех до семи новорожденных! В западных районах беличьего ареала случается и третий гон и помет. Наступившая весна встречает «племя младое» запасами, какие остались от осени: потерянной клестом или дятлом шишкой (зимой белка учует ее даже под метровым сугробом и разроет), желудем, собиравшемся прорасти, молодыми почками и побегами, весенними грибами. Да и кора, набухшая от влаги, и березовый сок вполне годятся на обед. Вообще же есть тенденция к всеядности

Однако выжить все равно трудно. Лишь 75 НО процентов пополнения доживает до годовалого возраста. Остальные погибают в лапах хищников или становятся жертвами голода и болезней,

Но жизнь продолжается. Белка быстра, ловка, зорка. Прыгает на три-четыре метра, а по диагонали сверху вниз — на 10—15 метров. Почти полет, управляемый пушистым хвостом. От хищных птиц спасается, бегая по спирали вокруг ствола, от куницы — забравшись быстро на вершину и прыгая вниз. Характер не по росту задиристый. Умеет отвоевать себе место. Не задумываясь, займет сорочье гнездо, какое покрепче и побольше, и пустит хозяев по миру. Старые вороньи гнезда для нее находка: подновит, надстроит крышу. Если же этаких возможностей не предоставляется, белка может сплести отличный дом из прутьев где-нибудь у ствола, на высоте 5—14 метров. Внутри дома отделка стен из мха, лишайника, травы, шерсти, даже из бумаги. А то не поленится и лыка надрать да нащипать его мелко, чтобы мягким стало. Снаружи шарообразное беличье гнездо — гайно — иногда замаскировано листьями. Кроме входа оставлен на всякий «пожарный случай» небольшой запасной выход в сторону ствола. Разных гнезд: для потом-ства, для сна или укрытия от непогоды — у белки обычно несколько. Зимой в одном гнезде, согревая друг друга и заткнув вход мхом, бывает, спят несколько белок. В сильные морозы они из своей спальни не выходят. А потом голод заставляет их рыскать в поисках опавших шишек и спрятанных с осени запасов.

Нежиться летом на солнышке белка не склонна, день-деньской — вверх-вниз и с ветки на ветку, Кормится, запасается: сушит грибы, нанизывая их на сучки. Некоторые белки собирают до двух тысяч грибов! Но шампиньонами почему-то пренебрегают.

В 1899 году Морган видел: бельчата, вынутые из гнезда слепыми, когда подросли, без советов матушки пытались «закапывать» орехи в ворс ковра!

Позднее Эйбл-Эйбесфельдт наблюдал, как бельчонок, получив первый в своей жизни орех, даже зарывал его в укромном углу в комнате. Действовал он, как взрослая белка.

А она в лесу поступает так: раскопав лапками небольшую ямку, кладет в нее орех, затем, надавив мордой и постукивая по ореху верхними резцами, загоняет еще глубже в землю. Лапками присыпает сверху землей и листьями и уминает их. Так же «закапывал» орех и бельчонок, но в воображаемую землю и листья, и поэтому все его действия «повисали» в воздухе, превращаясь в бесцельную пантомиму. Вообще манипуляции белки с орехами очень интересны.

Прежде всего: как находит белка (опытная!) лесные орехи? Она ведь не станет высматривать да выискивать, на какой ветке и за каким из тысячи листьев прячется обойма с орехами. Она поступает так: потревожит куст, и в сторонку: какая ветвь дольше качается, та и тяжелей, на ней и орехи! Молодая белка грызет все орехи подряд, даже гнилые и червивые. Опытная сразу отличает негодные. Колет орех так: пробьет в нем дырочку нижними резцами, затем с силой раздвигает их в стороны. Особое устройство мышц и челюсти позволяет ей такое сделать без труда. Скорлупа ореха, словно раздвинутая пинцетом, лопается. Но ведь тоже надо знать, куда кусать, чтобы орех легко лопнул.

«Опытная белка захватывает орех так чтобы начать работу с самого уязвимого места — неглубокой бороздки на скорлупе. Зверек быстро углубляет ложбинку, поворачивает орех своими «ручками», еще раз сильно вгрызается в него, и скорлупки падают на землю. Совсем иначе выглядят действия молодой белки... Сначала бельчонок ведет себя так, словно он самый искусный мастер беличьего племени. Схватив орех, он поворачивает его туда-сюда, грызет с большой живостью и спустя некоторое время раскусывает скорлупку. Однако затрачиваемые им усилия неэффективны: вместо того чтобы углублять зубами бороздку, неопытная белка грызет всю поверхность ореха, принимается за работу снова и снова в разных местах и тратит впустую массу энергии. Короче говоря, у белки внутренне запрограммированы такие действия, как умение манипулировать орехом, грызть его и раскусывать, но делать все это наиболее эффективным образом она должна еще научиться на собственном опыте» (Нико Тинберген)

На главную





Куда идём?
Желающим разместить свои материалы
(С) 2003-2012
Команда Штаба Спасателей